"Во имя мясорубки!"

20 ноября зонг-оперу TODD посмотрел Вениамин Смехов — актер театра и кино, участвовавший в создании аудио-спектакля TODD: именно его голос звучит в альбомах «Праздник крови» и «На краю» между песнями. В антракте Вениамин Борисович отправился в гримерку «Короля и Шута», чтобы поздравить музыкантов и наконец-то познакомиться с группой, ведь прозаические фрагменты текста «от автора» и музыкальные композиции записывались в разное время и исполнителям так и не довелось пересечься на этапе создания альбома.

Пока участники команды фотографировались с Вениамином Борисовичем вместе и по отдельности, он в полголоса обсуждал с постановку с их лидером. Михаил Горшенев сказал, что работа над спектаклем еще продолжается, на что получил от известного актера и режиссера такой ответ:

- Главное — не переборщите! Сейчас эта совершенно прекрасная и новая история вполне выдержана в рамках придуманной вами режиссуры. Зрители принимают TODDа как рок-оперу, кричат, но на самом деле они замирают, потому что это чудо родом из мюзикла, а не из тяжелого рока. [Раздается первый звонок] В этой постановке есть чистота стиля, славная музыка и красивые тексты. Вы соединили психологию, абсурд, драму, иронию, тело... и родился театр! Знаете мюзикл West Side Story Леонарда Бернстайна и Стивена Cондхайма? То, что вы сделали — словно продолжение этой великой истории... [Второй звонок. Помощники режиссера пытаются разлучить артистов]. Ну все, ребята, улыбаемся! Моя фамилия благословляет вас. Вы такие молодцы!

После этих слов Михаил Горшенев попадает в цепкие руки гримеров, и Вениамин Борисович продолжает разговор с продюсером «Театрального дела» Владиславом Любым:

В. Смехов: У этого спектакля нетривиальная аудитория, она социально очень обширная. Я был готов увидеть прорву девочек и мальчиков, которые наполняют стадионы — но с удивлением обнаружил здесь людей, которые ко мне относятся, как будто я нахожусь во МХАТе или в Театре Вахтангова. Ко мне подходили зрители и говорили про РАМТ, про спектакль «Гамлет», про «Самоубийцу»... Три очаровательные девицы сказали, что TODD — это лучший спектакль в их жизни. Я поинтересовался, сколько им лет. Двум 15, одной 13 — но они такие взрослые! «И что же вы скажете, когда вам будет 16?» — «Что TODD — это лучший спектакль в нашей жизни!», повторили они. Постановка втягивает молодежь какими-то другими, новыми ресурсами: это потрясающе-органичное слияние звука и тела, музыки и слова. И сумасшедшее сгорание на глазах во имя черт знает чего! Во имя мясорубки! Мне кажется, музыка здесь даже дороже смысла. Вы согласны со мной, Влад?

В. Любый: Для меня это произведение наполнено глубокими значениями. В одном интервью я выразил свое отношение, сказав, что Тодд в некотором смысле «герой нашего времени».

В. Смехов: Да, он мститель!

В. Любый: Человек, который не может жить, не отомстив за других. Понятно, что таких сюжетов много, но для меня это прежде всего современное звучание.

В. Смехов: Да, это своего рода Тиль Уленшпигель, но на каком-то этнографически-остром материале — не нашем, не русском. Тема мести от пушкинского Дубровского до Достоевского вполне прописана на нашей земле, но вы вытащили что-то совсем чужое. В первую очередь вспоминается «Трехгрошовая опера» — она написана немцами.

В. Любый: Конечно, определяя жанр как зонг-оперу, мы апеллируем к Бертольду Брехту.

В. Смехов: Как бы там ни было, эта смешанная прописка драмы, мюзикла, цирка и буффонады мне очень понравилась.

Тепло попрощавшись с Владиславом Любым, Вениамин Борисович согласился ответить на несколько вопросов:

- Вам было бы интересно принять участие в театральной постановке?

- Ни в коем случае! Я просто смотрю и восхищаюсь! Мне кажется, я бы никогда не смог соединить такие нити... Хотя я могу себе представить, что стою с микрофоном отдельно от спектакля и произношу речи, которые здесь растворяются — а в аудио-версии есть очень богатые и содержанием, и формой стихотворные высказывания. Постановщики могли бы использовать уже имеющуюся запись, но раз они этого не сделали, значит, это не нужно. Здесь и так эксцентрика соединяется с мощной художественной публицистикой.

- Как вы попали в этот проект?

- За это нужно сказать спасибо вашему продюсеру и директору моего любимого РАМТа Владиславу Викторовичу Любому — это он пригласил меня к участию.

- Вы сразу приняли его предложение?

- Нет, я сначала прочитал текст, и он мне очень понравился: больше всего меня порадовала классическая русская рифмовка, которая далеко не всегда есть в современных мюзиклах и эстрадных песнях. Собственно, это талантливое и остроумнейшее произведение Михаила Бартенева и Андрея Усачева и вдохновило меня на участие в этой истории. Но зная, что это далекий от меня жанр, я обратился за советом к своему внуку, Лене Смехову. «Короля и Шута» он выделил, сказав, что это очень интересно на фоне каких-то трафаретов. Я ничего не знал про такого рода музыку, но собачьим чутьем ощутил, что это что-то очень свежее.

- А какую музыку вы сами любите?

- Я невежда в рок-эстетике. Мне нравятся Макаревич, БГ, но больше всего — просто самый первый старый рок [Вениамин Борисович напевает и пританцовывает]. Я люблю классический джаз. Был гений андергаунда — Дмитрий Александрович Пригов, запрещенный в советское время — а в 2007 он умер. И вот Эрмитаж, храм классики, открыл свои двери — 4 дня Пригова! Я исполнял его произведения с великим барабанщиком Владимиром Тарасовым. С ним и командой джазменов мы извлекали эти звуки абсурда, иронии, пародии и дьяволического реализма. А потом Пиотровский Михаил Борисович, директор Эрмитажа, открыл галерею Д.А. Пригова. Это был прорыв — нельзя стоять на месте.

Ваш TODD — это тоже прорыв! Здесь есть все: поэзия, ирония, сатира. Мне нравится, что Владислав Любый видит в этой постановке глубокие значения — это действительно сверхсмысловое высказывание молодого искусства: жесткое, опасное, рискованное и искреннее.

Регина Варцан.
Сайт «Театральное дело»,
28 ноября 2012 г.