"Пермь — это целый список удовольствия, радости, знакомств и событий".
О том, чем особенна Пермь и чем интересна, порталу «Пермский мост» рассказал актер
театра и кино, режиссер, литератор, народный артист России Вениамин Смехов. На минувшей
неделе в городе состоялся его творческий вечер, где звучали стихи Владимира Маяковского,
Игоря Северянина, Саши Черного, Юрия Визбора, Владимира Высоцкого, Иосифа Бродского. Кроме
того, Смехов представил пермякам «Смех против пафоса» и прочитал Козьму Пруткова, «Митьков»,
Дмитрия Пригова, Игоря Иртеньева, Эрика Первухина и Николая Эрдмана.
— Судя по программе вашего творческого вечера, предпочитаете поэтов Серебряного
века. Чем они привлекают вас?
— Когда снимают в неподходящих световых условиях, операторы используют такую фольгу,
чтобы человек освещался очень рельефно и эффектно, – сильвер, то есть серебрянка. Вот также
и те люди, которые посеребрили золотое дело русской поэзии не в самое лучшее время для нашей
истории. Но лучших времен у нас и не бывало пока. Это было начало века, первая революция,
распад государства, проигрыш в войне, какие-то первые террористические акты и так далее. И
в это же время расцветает этот букет декаданса, русского авангарда. Они остались навсегда.
Половина из них была уничтожена, другая половина уехала, все рассыпалось, а теперь пришло
время собирать камни, время собирать драгоценности Серебряного века. И вот сегодня все
больше и больше внимания, особенно молодых людей, привлекают имена Саши Черного, Владимира
Маяковского, Игоря Северянина, Александра Блока, Константина Бальмонта. Все, что мы имеем
навсегда, – это культура. Как говорят, у нас как было, так и осталось самодеятельностью все,
что касается экономики, политики, бизнеса, а культура почему-то ужасно радует весь мир.
— Вы в Перми уже не первый раз, стали уже почти родным в этом городе. Как так
сложилось, что здесь вы очень часто бываете?
— Это целый хороший список удовольствия, радости, знакомств и событий. Хотя первое
событие совпало с тяжелым декабрем после «Хромой лошади», это было страшно. С этого начался
город. Еще город начался с водителя Игоря, который нас встретил в аэропорту. «Вы из Перми?»
- сразу мне стало интересно. И он назвал много городов, где он был, а остался жить здесь, в
Перми. «А почему?» — спросил я. Он говорит: «Здесь люди лучше». И он так уверенно сказал,
что я ему сразу же поверил. И до сих пор верю.
Биографию нашей страны в Перми мы вычитываем из художественной галереи, деревянной
скульптуры, театра, который спасли люди. Здесь спасали то, что должно было быть погребенным
навсегда: культуру русской церкви, православной и старообрядческой. Этим город очень
порадовал.
— Вы видели некоторые пермские фестивали, в том числе театральные. Как можете
оценить их?
— Запомнился очень фестиваль «Текстура», где все дни было очень интересно
находиться. И неизвестно даже, что интереснее: те, кто говорили, анализировали, выступали,
или те, кто сидел в зале. Вообще театр – это две половинки, которые равно одарены. И когда
те, кто на сцене, полны какими-то новостями искусства, когда зал отвечает этому адекватно
и однозначно – такой зал я видел в Перми. И в театре, который здесь организовал безумно
талантливый человек, Дягилев нашего времени, – Эдуард Бояков (арт-директор пермского театра
«Сцена-Молот» и художественный руководитель московского театра «Практика» — прим. ред.), я
тоже это видел.
— В Перми в последние годы упор делается на современный театр и современное
искусство вообще. Что для вас современное искусство?
— Я не знаю о современном искусстве. Все как было, ничего вообще не меняется. Я так
думаю, господь как-то правильно сочинил весь этот мир – все время идут повторы. Пушкина
считали великим в 30-е годы позапрошлого века, ставили крест, говорили, что он исписался.
Потом наоборот, когда он умер, он взлетел в небеса русской поэзии, но прошло время и о нем
снова стали говорить дурно даже талантливые люди. Так поступали и с Анненским, и с
Северяниным. Все повторяется.
В Перми сейчас есть Марат Гельман – в хорошем смысле сумасшедший человек, создавший
этот необыкновенный музей современного искусства. Слава богу, что находятся не только люди,
которые смотрят прищурившись и думают: «Вот, из Москвы набежали, варяги!», но и люди,
которые знают историю страны, когда кто-то набегал, а кто-то создавал, а потом его или
убивали, или смывали это имя.
— Многие столичные «звезды» создают в Перми свои проекты. Возможно, в ваших
планах есть что-то подобное?
— В Москве в театре «Практика» дочь Геннадия Хазанова Алиса – человек, который
владеет пятью языками, объездила весь мир, выглядит очень молодой, играет ребенка в
спектакле «Агата возвращается домой». С ней, может быть, в Перми даже состоится спектакль,
который Эдуард (Бояков – прим. ред.) начал и которым мы в какой-то степени отметили
годовщину трагедии в «Хромой лошади» 6 декабря прошлого года — тогда мы читали тексты
Владимира Сорокина «Черная лошадь с белым глазом» и «Волны».
Беседовала Анастасия Пяткина.
портал «Пермский мост»
18.04.2011 г.
|
