Смок Белью

<...> У Смока — такого, каким играет его В. Смехов, — артист Московского Театра на Таганке, время от времени появляется задумчиво-грустное выражение. Но чаще он ироничен: сначала иронизирует над собственной неумелостью, слабостью, затем над страстями новых своих знакомцев, над жизнью, которая оказывается, может подарить человеку совсем немного истенных ценностей...

— В поизведении Д. Лондона, — говорит Смехов, — мне близка мысль об активном сопротивлении человека растлевающим, изнеживающим соблазнам цивилизации. Стать мужчиной, испытать себя и отстоять свою человеческую личность в жестоком буржуазном мире — вот сущность образа Смока Белью, которую следовало бы раскрыть на экране. В этой роли мне не хочется думать о внешнем, о красивости, о романтическом облике, главное передать волнующую нас и ныне идею противостояния инерции жизни. Я вижу Смока азартным, вспыхивающим ради жизненной игры и — ведь он и среди снегов Аляски остается самим собой, рефлекторным интеллигентом — быстро остывающим к недавнему увлечению. <...>

Н. Колесникова,
«Советский Экран», № 22,
1975 г.